Categories:

9. Злоключения иностранцев в Европе. Адская дорога в рай.

Из Женевы выезжали при свете дня и белых людях на перроне. Зато в вагоне все пассажиры были в негативном цвете. 

Пока мы докатили чемоданы до своих  жопоприёмных мест, их уже заняли очень габаритные и колоритные баклажаны.

На наши вежливые пожелания занять свои места, баклажан-папа стал требовать  показать наши билеты. Ну нам не жалко, на смотри. У нас ещё есть распечатка, на  случай, если кто-то захочет этот экземпляр сожрать. По доброжелательному виду  баклажана-папы, было видно, что он готов был сожрать не только билет, но и нас с  чемоданами. 

С великой неохотой баклажан-мама подняла большую себя, своих  трёх баклажанчиков и со словами: понаехали тут, уползла в сторону другого  вагона. 

Пупс писал кипятком и чуть не ошпарил ноги, когда услышал, что  баклажаны между собой говорят на немецком. Может они ещё и поют по  немецки, угорал он и предлагал срочно пересмотреть фильм «1+1». Круче германо-говорящего баклажана, может быть только японо-говорящий. Пол мира обскакали, такого никогда не видели. Пупсик немедленно поднял их статус из обычных баклажанов в немецкие. 

Дальше было уже не так  весело. Спокойно ехали в горы, проведать сыночку. Он там уже больше недели загорал на  леднике. Звал посмотреть на трассу и деревушку Саас-Фи с видом на острую скалу Маттерхорн. 

До самого Саас-Фи поезд не идёт, надо пересаживаться на станции  в автобус. Автобус тоже не идёт до конца. Жители городка решили, что чистый  воздух они ценят больше удобств и пользуются эклектическими машинками, типа  утеплённый гольфкар. А гостей развозят на электрических  туристовозках.

Деревушка оказалась высокогорным райским уголком, набитым под завязку  лыжниками и сноубордистами. Мы были без лыж и не очень вписывались в интерьер.

Экстерьер лыжных приютов был затейлив. Деревянный сверху, каменный снизу. Всё приборы естественно были только  на электричестве. Газ, уголь, мазут? Не, не слышали. 

Стиральных машин и посудомоек в деревне нет. С них может вытечь страшная химия и будет гадить в карму жителям. Стирать ездят вниз, до городка, куда приходят автобусы. Были и  ещё какие-то специфичные заморочки, но мы не успели заценить. Надолго не  остались. 

Обратно ехали по серпантину, который проспали по дороге вверх. Творить кирпичи хотелось ежесекундно. Глубокая пропасть сопровождала каждый  поворот с одной стороны и вертикальная скальная стена с другой. 

Скорость  автобуса бодрила. Со встречным транспортом расходились, не сбавляя скорости, в двадцати сантиметрах. С жизнью прощалась так же искренне, как в самолёте перед  взлетом.

На железнодорожной станции пили кофе, разливая трясущимися руками  пенку на колени и грудь (у кого она была). Отходили от автобусных виражей никотином. Пупс курил, я внюхивала.

Ждали поезд на Милан. Милан ждал нас с хорошей погодой, дорогими гостиницами и безудержным шопингом до полного нудизма пупсового кошелька (у жены шопоголика муж завсегда голожопик).

Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.