gnomomamochka

Categories:

Куда дели Еву, глава 24

Просыпаться не хотелось. Не хотелось даже двигаться, настолько уютно было в гнезде из подушек, плоского живота, чуть заросшего щекочущими кудряшками и  сильных рук, обхватывающих Еву и прижимающих её к этому самому животу.  

Ощущение достаточности было полным. Столовое серебро в ящике с  бархатными ячейками под каждую ложку не так гармонично лежит на месте, как Ева под горячей мужской рукой. 

Ровное его дыхание в голый затылок  будоражило воображение и заставляло шелковистый пух на спине Евы топорщиться в предвкушении утренних прикосновений тонких, гибких пальцев, знающих многие женские секреты.

До этой ночи Ева была уверена, что её уже нечем удивить. Заблуждение рассеялось, о чем она ничуть не сожалела. Хотя, оставалась вероятность, что все дело не в талантах подходящего мужчины, а в дырявой голове стрессующей женщины. 

Вот нельзя было вспоминать про вчерашний стресс и его причины, с запозданием поняла Ева. Вытравленные за ночь тараканы полезли наружу, настойчиво застучав сердцем в ускоренном ритме. Почувствовав под ладонью сбой кардиограммы, сонный мужчина произвел самый естественный маневр в автоматическом режиме. Подгреб освоенное тело поближе к себе, чтоб не сбежало.

Тело сбегать не собиралось, но на звонок ответить пришлось. Никитос звонил обрадовать мать, что у них с Борькой всё отлично, долетели хорошо, не бзди, мать. Мать обещала этого не делать и просила звонить каждый день. Звонок, конечно же, разбудил мужчину и его водоотвод. А пока тот решал стандартные утренние задачи, ожидаемый с нетерпением момент был упущен. Ева чуток расстроилась.

— Чего надулась? — спросил голый аполлон, приглаживая взъерошенные кудряхи на животе и разглядывая от дверей спальни смурное тело, — я вот вчера на тебя не дулся за колючие, бритые неделю назад ноги, — очень серьёзно продолжал он.

Еву аж подбросило. Она откинула одеяло и кинулась разглядывать свои нижние конечности на предмет отросших пеньков. Не найдя подтверждения на собственных ногах, Ева вскинулась с кулаками на обидчика, но тут же откатила орудия на старые позиции, увидев его выражение лица и поняв хитрую задумку.

Теплые мурашки от жадного взгляда побежали от живота к сердцу, затопив желанием и вогнав в краску. Все что могло топорщится, затопорщилось.

Через час, толкаясь под душем, подставляли под упругие струи случайные части тел, собирались выйти в люди. Очень хотелось есть. И просто хотелось. Выбрались на улицу еще через час, подзадержавшись со взрослыми водными процедурами. Хорошо, что никто не звонил.

— Марк, почему тебе никто не звонит? Ты ведь женат. Тебя жена не потеряла? 

— Мы с ней не каждый день встречаемся. Она очень занятая, работает на государственной службе и дома появляется пару раз в неделю. Старшие дети в армии, младшие — чаще всего у тещи. В лавке есть управляющий, он прекрасно справляется с работой. Поэтому, никто меня не ищет. Тебя что-то настораживает?

— Есть ощущение, что ты не просто так со мной рядом. Мне не важны причины и я не буду тебя ни о чем спрашивать, посчитаешь нужным, расскажешь сам. Но я хочу, чтоб ты знал, я всегда чувствую второе дно, даже когда мне хорошо. А мне хорошо, — чистосердечно призналась Ева. 

Ева с Марком брели по пляжу, когда разговор съехал с лирики в прозу. Ни Еве, ни Марку он не нравился, но избежать его двум взрослым людям никак не получилось бы. Ясности диалог не внес, но какие-никакие вешки на трассе расставил. И видимо, чтоб беседа совсем в драму не завалилась, позвонил Зося. Очень вовремя позвонил.

— Рассказываю новости с наших полей, — жизнерадостно начал Зося, — папашка вылетел в Колумбию с бригадой своих людей в черном. Поехали добывать свои деньги обратно. И не свои тоже. Там чужих денег было немерено, за них и спросили. Похоже, папашка нейтрализован. Возможно надолго, вероятно навсегда. Можешь спокойно возвращаться. Сынок без папеньки — ноль и дырка от бублика. Его тут ждут с распростертыми объятьями, чтоб употребить бублик по назначению. Не знаешь, кстати, когда его депортируют на родину?

От слов Евы, что тот не вылетел, а остался в Израиле, Зося оторопел. Такого не ожидал. Не слышал он о такой щедрости израильских пограничников. Они очень бдят за прилетающим контингентом.

— Там похоже, вокруг сынка тучи сгущаются, может ты уже быстрее домой вылетишь? Ну нафиг вляпаться в международную аферу! 

— Зося, я пока, только и делала, что опасалась. Хватит. Я приехала отдохнуть и увидеть Петру. Выполню программу минимум, тогда и поговорим о возвращении. Не переживай за меня, мне приставили охрану из бывших военных, у него даже УЗИ, кажется, собственный есть.

Зосе не понравилась эта информация, но уточнять возраст и физические качества телохранителя он не стал. Взрослый мальчик. Умный. Пожелал хорошего дня и отключился, расстроенный.

А Ева и вправду задумалась, поглядывая на Марка. Зосе про телохранителя она вроде от фонаря сказала, но все ли здесь выдумка, сказать точно было трудно. Учинять допрос не имело смысла. Наверное, надо радоваться собственному Кевину Костнеру и не жужжать, решила Ева и не долго думая, спросила:

— А ты поедешь со мной в Петру?

Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.